Офисная резня бензопилой. Как выжить на работе

Офисная резня бензопилой. Как выжить на работе

Работа в офисе — не всегда сладкий мед. Если повезет и если уровень квалификации позволяет, можно выбрать комфортное место работы. Но частенько уровень комфортности обратно пропорционален уровню оплаты.

А уж о том, что в офисных джунглях встречаются не только благородные пантеры Багиры и мудрые удавы Каа, но и гнусные шакалы Табаки, известно почти каждому на собственном опыте. Что со всем этим делать? В феномене разбиралась для №23 Журнала Корреспондент Екатерина Чеботарева — дипломированный психиатр.

За свою насыщенную и долгую профессиональную жизнь мне довелось много где поработать — от хирургического стационара и психиатрической клиники до больших офисов, уютных редакций и свободного плавания в прямом и переносном смысле.

Более пяти лет я работаю удаленно. Почему? Потому что формула счастья взрослого человека — заниматься любимым и увлекательным делом, получая за это деньги. Добавьте сюда свободный график, отличную атмосферу, умных и смешливых коллег с отличным чувством юмора и самоиронии, готовностью прийти на помощь, никакого дресс-кода и получите маленькую модель идеального мира. К хорошему быстро привыкаешь, а вот к реальностям украинских офисов — нет.

Современные технологии развиваются очень быстро, появляется все больше каналов связи, инструментов и ПО со встроенной аналитикой, механизмами прогнозирования и искусственным интеллектом для организации и обеспечения эффективного рабочего процесса с ориентацией не только на максимальную продуктивность, но и на well-being — благополучие сотрудников.

Это значительно расширило спектр профессий, носители которых могут работать из ближайшего и комфортного коворкинга, дальнего зарубежья, аэропорта, кафе, борта яхты или собственного дивана. И это все проверено на себе. При этом работодатель экономит на офисе, оборудовании рабочего места, закупках воды и туалетной бумаги, снижает нагрузку на корпоративные сети Wi-Fi и электроснабжения. А сотрудник экономит время, настроение и здоровье — не стоит в пробках, избегает мест скопления людей. А значит — персонал реже болеет и менее подвержен риску эмоционального выгорания.

К сожалению, мир не идеален, не все выбрали профессии, с которыми возможно обрести это счастье. Ну и далеко не все работодатели готовы признать, что мир меняется и людям необязательно быть прикованными к офисному столу.

Но если уж приходится работать в офисе, то нужно быть готовым к рискам, которые связаны с этим «рабочим общежитием». И самый большой риск был описан более 40 лет назад: в 1974 году американский психиатр Фрейденберг ввел понятие «эмоциональное выгорание» (burnout) — нарастающее безразличие к своим обязанностям и происходящему на работе, дегуманизация в форме негативизма по отношению к клиентам и сотрудникам, ощущение собственной профессиональной несостоятельности, неудовлетворенность работой, нарушение самовосприятия, а в конечном итоге в резкое ухудшение качества жизни. Жуть!

И жуть очень распространенная: этот синдром наблюдается у тех, чья работа связана с постоянными коммуникациями с другими людьми. «Помогает» выгоранию необходимость работать в однообразном интенсивном ритме с эмоциональным напряжением. А если при этом отсутствует должное материальное и психологическое вознаграждение за работу, то это непременно приведет к появлению у сотрудника ощущения обесценивания.

КТО ПОД УДАРОМ?

Чаще других страдают от «офисного выгорания» люди с заниженной самооценкой, проблемами с коммуникацией, синдромом отличника, максималисты-перфекционисты.

Как и многие болезни, синдром выгорания легче и дешевле предупредить, чем лечить. И даже если окажется, что «дуем на воду», хуже точно не будет. Путешествия, смена обстановки, физические нагрузки, активный отдых, обед за пределами офиса, новые навыки и знания, осознание своих истинных целей, пересмотр рабочих процессов, а в ряде случаев и смена самой работы еще никому не повредили.

Ну а пока — о том, что именно творится в традиционных украинских офисах, с чем чаще всего сталкиваются их обитатели. Скажу сразу, что открыто о всевозможных нарушениях и самодурстве руководства не согласился рассказать ни один человек. Все истории, приведенные ниже, реальные, имена по просьбе наших героев изменены, кроме двух экспертов, адвоката и психотерапевта.

Все опрошенные HR-боссы по разным причинам отказались дать от своего имени комментарии и рассказать, как же они улучшают атмосферу в коллективе, предупреждают выгорание и помогают работодателям аккуратно нарушать КЗоТ и другие законы. Но есть и хорошие новости. Никто из респондентов не заявил о сексуальных домогательствах на работе. Впрочем, это не гарантирует, что таковых нет в реалии.

ВСЕ НАЧИНАЕТСЯ В ОТДЕЛЕ КАДРОВ (ТМ)

Сначала не особенно торопятся брать на работу в нежном возрасте из-за отсутствия профессионального и жизненного опыта, но молодость — недостаток, который быстро проходит. Но потом как-то незаметно исполняется 35 и на собеседовании HR-менеджер или директор с юным личиком произносит что-то вроде: «У нас молодая команда, много работы, а вы недостаточно мобильны и выносливы». Претендент на работу замирает в изумлении. «Да что вы знаете о моей выносливости и мобильности, деточка?!» — хочет сказать он. Но не говорит. Потому что нужна работа, а не почесывание своего эго.

Вот что рассказывает киевлянкаЛеся: «Меня порекомендовали в рекламный отдел офиса одной крупной сети, торгующей цифровой техникой. Мое резюме и рекомендации произвели положительное впечатление, но когда они узнали, что мне 38 лет, то отказали, объяснив, что у них молодой коллектив и они отдают предпочтение сотрудникам до 30».

В 45 претендент в глазах работодателя вообще реликтовое ископаемое в нарукавниках со счетами. Хотя согласно возрастной классификации ВОЗ он входит в группу Молодежь.

Выходит так, что опыт и образование обесцениваются и смещаются на задний план. А потом как там говорят: «В стране дефицит профессиональных кадров!»? Интересно почему?

«Престарелый» квалифицированный специалист 35+ несколько раз повстречавшись с таким HR, разворачивает оглобли в сторону компаний с гибкими или виртуальными офисами, где работодателя интересует профессионализм и навыки. Или начинает продавать себя в качестве свободного предпринимателя.

Или меняет род деятельности, превращая свои хобби в дело, приносящее доход. Кто-то печет кексы и торты, кто-то делает украшения, декоры для дома, цветы из фарфора, теснит кожу, пишет книги, выращивается органические овощи и экзотические растения, работает на аутсорсе и черт знает чем еще занимается. И делает это тоже хорошо, хотя где-то на полке пылится пара дипломов, стопка сертификатов и пачка успешных кейсов. Сами того не подозревая, такие люди занимаются профилактикой болезни Альцгеймера, получая новые знания и занимаясь прежде не знакомой деятельностью. И если классический Альцгеймер подкрадывается после 65, то цифровое слабоумие (digital dementia) делает это с поколениями, выросшими на гаджетах задолго до 30 лет.

Через непродолжительное время «ветераны» труда больше не хотят возвращаться в офисы и сталкиваться с эффектом Даннинга — Крюгера — психологическим парадоксом, ставшим таким заметным с началом цифровой эпохи. Если в двух словах, то суть его звучит так: «Люди, имеющие низкий уровень квалификации, делают ошибочные выводы и принимают неверные решения, но не способны осознавать свои ошибки в силу своего низкого уровня квалификации». Замкнутый круг.

Еще 100 лет назад английский философ и математик Бертран Рассел писал, что одним из неприятных свойств нашего времени является то, что те, кто испытывает уверенность, — глупы, а те, кто обладает хоть каким-то воображением и пониманием, — исполнены сомнений и нерешительности. С появлением социальных медиа и Сетей это стало особенно заметно.

В офисных джунглях эффект Даннинга — Крюгера проявляется особенно пышно. Некомпетентным свойственна самоуверенность и упрямство, они стремятся занять руководящие позиции. Компетентные в своей области осознают: чем выше должность — тем выше ответственность за конечный результат. Если первый тип персонажа оказывается в кресле начальника — ждите конфликтов, неэффективного управления и увольнений более компетентных сотрудников, особенно тех, кто не стесняется высказывать свое мнение. И что? Правильно, вокруг — выжженная земля, «спасайся, кто может».

Но возраст — это не единственный признак, по которому могут дискриминировать. Одна моя коллега по цеху на собеседовании с возможным работодателем столкнулась с неожиданным для себя аргументом отказа, от которого на время лишилась дара речи.

Еще одна киевлянка Анна: «У вас блестящее резюме и кандидата лучше вас у нас нет, но вы молодая девушка, а значит, выйдете замуж и уйдете в декрет. Сами понимаете, кандидат вы ненадежный, мы бы не хотели рисковать».

А если вы мать и вам за 35, то вам повезло вдвойне! Шансы устроиться на работу с таким «букетом» в традиционный украинский офис меньше, чем быть похищенным инопланетянами.

Жительница Днепра Ольга: «Мне 40 и у меня трое детей. Я действующий project manager с большим опытом и умением работать в экстремальных условиях. Мое настоящее место работы перестало устраивать по ряду причин. Даже не подозревала, что мой возраст и наличие детей могут послужить преградой для получения работы. Правда, теперь работодатели и их представители подбирают слова осторожнее, но намек непрозрачный: «Дети теперь часто болеют».

Интересно, когда работодатель принимает на работу отца этих же детей, то, по его мнению, у этого мужчины какие-то другие дети, которые не болеют?!

Одессит Вадим: «В результате несостоятельности девушки-менеджера, которая не справилась со своими обязанностями, я потерял клиента и заказ. Девушка была молода и хороша собой, а я не умел молчать. Начальник уволил меня. Подобная ситуация произошла дважды за 10 лет. Второй раз выглядело особенно забавно: директор уволил меня и женился на красотке-менеджере». Выглядит похожим на сюжет ситкома?

Жительница Днепра Ярослава: «Мое резюме произвело положительное впечатление, да и я на собеседовании его тоже произвела, меня приняли на работу. Ничего не предвещало, но когда руководитель узнал, что моей дочке 18 лет, мне отказали, сказав, что я не выдержала испытательный срок и не вписываюсь в их «молодую команду».

Что сказать? Ну хотя бы о том, что уже в момент приема на работу начинает быть видным все то, что сделает пребывание в новой компании дискомфортным и угнетающим. И речь не о требовании вовремя и качественно выполнять порученные задания. А совсем о другом. Давление начинается с дискриминации, мы же прекрасно это понимаем.

К тому же это незаконно: Закон О занятости населения прямо запрещает работодателю дискриминацию по любому признаку, а также интересоваться деталями личной жизни и гражданским состоянием. Вот только его слишком часто имеют в виду. «Наиболее объемный, но не исчерпывающий перечень дискриминационных признаков содержится в ст. 2-1 Кодекса законов о труде. Сюда относятся такие факторы: пол, возраст, вероисповедание, семейное или имущественное положение и т. д.», — напоминает адвокат Вадим Сидоренко, управляющий партнер АО Евстигнеев, Сидоренко и партнеры.

Есть ли смысл бороться и добиваться предоставления рабочего места там, где готовы дискриминировать по какому-то из этих признаков? Справедливость есть, и за нее нужно бороться — хорошая идея. Зафиксировать факт такой дискриминации — это запросто (запись беседы, сохранение переписки). Подать в суд на такого работодателя — почему бы и нет. Предоставить информацию какой-либо общественной организации, чтобы она попортила кровь негодникам, — почему бы и нет. А вот идти туда работать — это плохая идея. Заведомо создается база для будущего конфликта. Куда рациональнее найти место, где будут интересоваться квалификацией, а не числом и возрастом детей, к примеру.

ВЫШЕЛ НА РАБОТУ? НУ, ЗДРАВСТВУЙ!

Как только сотруднику очертили круг должностных обязанностей, он вроде бы может приступать к работе. Но торопиться не стоит — для начала надо поинтересоваться предоставленными полномочиями и зоной ответственности. В том числе кто кому кем приходится в иерархии, чтобы не утонуть в простынях писем с идиотскими комментариями не по существу, где в копии стоит с десяток человек, половина из которых, мягко говоря, имеют к процессу и решениям косвенное отношение.

Если в бизнес-процессах такой бардак, сначала вроде бы и готов терпеть, но терпение исчерпывается, так как рабочее время — драгоценный ресурс — растрачивается впустую. Ну а дальше утрата интереса к проекту, да и к работе в целом.

Выход? «Договариваться на берегу» — это золотое правило карьериста. К моменту, когда стороны ударят по рукам, должно быть понятно, кто кому кем приходится в иерархии, кто принимает решения по поводу соответствия меня любимого ожиданиями работодателя, кто начисляет премии и бонусы, из каких соображений, кто именно принимает кадровые решения, где получать необходимые для выполнения задач ресурсы. В общем, что делать, чем делать, как меряется выполнение работы и что за нее платят.

Пока все это не прояснили — соглашаться на новую работу как минимум рискованно.

И вот все-таки стороны ударили по рукам. Первый рабочий день начинается с новости: в офисе есть видеонаблюдение. Как к этому относиться? Контроль рабочего времени — дело привычное, перекочевавшее в офисы больших компаний из заводских проходных. Однако некоторые работодатели пошли дальше — видеонаблюдение, запись разговоров и контроль компьютерного монитора, истории веб-серфинга.

Насколько это законно и является ли вмешательством в личную жизнь — вопрос неоднозначный. В случае если заранее или при приеме на работу предупреждают о наличии камер и прочих систем контроля, и это отражено в договоре, а также в директивных документах компании — это одна ситуация. Если же система видеонаблюдения вводится без предупреждения сотрудников и соответствующего документа, то такой вид наблюдения может быть расценен как вмешательство в личную жизнь.

Повышает ли это производительность труда и какие цели преследуют работодатели, поинтересовались у HR-директора одной крупной компании, пожелавшего остаться неназванным: «Безусловно, это зависит от профиля компаний. У тех, чья деятельность связана с промышленными секретами и ценностями, это целесообразно. Но нередко такая практика вызвана особенностями личности директора или собственника. Они могут быть продиктованы повышенной подозрительностью, отсутствием доверия к сотрудникам или же данью моде». Этот же эксперт заметил, что в силу дороговизны таких систем видеонаблюдение без практической необходимости крайне редко встречается в иностранных компаниях и небольших семейных бизнесах.

Впрочем, персонал к публичному использованию видеонаблюдения относится практически безразлично. Вот что говорит киевлянка Екатерина: «В нашем очень большом офисе есть камеры, но мы на них давно не обращаем внимания. Вероятно, ничего такого в офисе не происходит. На производительности труда это никак не сказалось. Вспоминаем о них, когда нужно выяснить, куда и каким образом исчез чайник или стул».

Общие пространства для работы — воистину дьявольское изобретение. Если внимательно исследовать побочные эффекты от их использования, неминуемо придешь к выводу, что их изобрели жадные и безжалостные люди. И не для того, чтобы сэкономить на содержании офиса, а чтобы сводить с ума наименее стойких сотрудников. Потому что эта форма устройства офиса непрестанно генерирует угрозы собственным границам каждого из сотрудников. А значит — приводит к возникновению конфликтов самой разнообразной природы.

Львовянка Екатерина рассказывает о собственном опыте: «Восемь отделов в одном пространстве! Пиар, маркетинг, четыре продакшен, дизайнеры и рекламный отдел — и все в общем пространстве. Такой микс есть зло, которое нужно запретить конвенцией по правам человека! Чтобы поговорить по рабочим вопросам, чтобы что-нибудь расслышать, а на том конце не подумали, что им звонят из преисподней, нужно выходить на улицу. На всех — один принтер, и чем ты меньше проработал в компании, тем дальше твоя очередь к нему. Ну, и люди «душно, открой» и «дует, закрой». Работать в таких условиях по меньшей мере непродуктивно, кроме того, еще и вредно для здоровья и психики. Да, и таких эйчаров, которые считают это нормальным, тоже запретить».

Но open space — полбеды. Хуже, если нарушение личных границ возводится в ранг политики компании. Вот чем делится киевлянка Оксана: «Новый руководитель отдела выбрал странный способ знакомства с сотрудниками и их работой. В течение месяца он блуждает по офисному пространству со стулом, подкрадываясь то к одному, то к другому сотруднику, ставит стул за его спиной и через его плечо подолгу изучает монитор, со словами: «Хочу посмотреть, как вы работаете».

«НЕВИННЫЕ СТРАННОСТИ»

Иногда в ад превращают офисную жизнь совершенно идиотские причины. На самом деле такие явления крайне полезны. Потому что в них пороки той или иной организации проявляются ярко и выпукло, не оставляя места для ненужных компромиссов. «Беги, Лола, беги» из такого офиса.

Вот, к примеру, история об одной немаленькой корпорации, в офисе которой мне доводилось бывать неоднократно. Представьте большой вытянутый во всю длину трехэтажный офис в новом доме, стоящем вдоль дороги. Два входа: один ничем не примечательный с одного края, выходящий на улицу, второй — парадно-выходной, с колоннами и широкими дверями, ведущий прямо к рабочим помещениям, а также к техническим службам. Но, по замыслу архитектора, он на углу дома и выходит на перекресток, да еще не в нужном направлении согласно методу Восьми дворцов. Словом, плохой фэншуй. Так вот, эту дверь закрыли, вынудив сотрудников каждый раз ходить через лестницу и третий этаж, чтобы благополучие с благосостоянием компании не пострадали. Вероятно, защита оказалась неэффективной, благоприятная энергия ци не смогла справиться с негативной ша. Не помогло, одним словом, корпорации.

Немного странно и смешно, но вполне безобидно, борьба с гиподинамией сотрудников, а на случай пожара у входа дежурил охранник с ключами. Вот только подобное говорит о том, что у руководства острый дефицит здравого смысла и стратегического мышления. Стоит ли связывать свою карьеру с такими боссами?

А вот история львовянки Юлии:«Средних размеров украинская компания, офис которой располагался в новом офисном здании. Обязательным требованием директора были тапочки. Не сменная обувь, а комнатные тапочки. Обязательно и без исключений. За нарушение «дресс-кода» полагался штраф. Также категорически запрещалось общаться с сотрудниками других отделов даже на отвлеченные темы, и боже упаси иметь какие-либо отношения помимо работы».

Но и это не все, продолжает Юлия: «Посещения туалета регламентировалось, и каждый раз демонстративно засекалось время, проведенное в уединении за дверью WC. А там, к слову, вывешивали актуальные новости компании, распоряжения и нововведения. Чтобы сотрудники драгоценное рабочее время попусту не теряли. Если с утра вы пили кофе или чай, то в течение дня вам понадобится дополнительная чашка, в противном случае вы останетесь без чая и кофе, так как мыть посуду в офисе категорически запрещено». Стоит ли напоминать, что такие странности — тоже не от великого ума и избытка успешных проектов? Явно же, что в такой атмосфере бурным цветом распускаются конфликты, неврозы и истерики. Так что марш-марш на свежий воздух.

Еще один признак явного корпоративного нездоровья — нарочитая бережливость, уже переходящая в патологическую скупость. О таком рассказывает харьковчанка Наталья: «Доходило до того, когда испытываешь стыд за третьих лиц, — разбитые и отпавшие плиты на лестнице клеили скотчем, впрочем, как и стулья, и покосившиеся от времени дешевые полки. Стыдно было кого-либо приглашать на встречи и не покидало чувство легкого беспокойства, что сейчас на тебя что-то рухнет. Получить прибавку к зарплате от такого руководства — из области фантастики».

Ну и совсем экзотика, о которой рассказывает та же Юлия,насаждаемая самим руководством так называемая дедовщина в коллективе:«Новички могли отправиться на обед в последнюю очередь, доступ к принтерам и сканерам — тоже по остаточному принципу. В случае если кто-то заболевал, необходимо было звонить одному из соучредителей, излагать симптоматику и слышать в ответ, что вполне можно выйти на работу в медицинской маске».

И ЧТО СО ВСЕМ ЭТИМ ДЕЛАТЬ (ВМЕСТО ИТОГО)

Это только родителей и детей нельзя выбрать — работодателя и коллег можно. Работа в условиях неадекватного и незаслуженного давления — плохая идея: чревата проблемами со здоровьем и обрушением карьеры. Если по каким-то причинам все же приходится работать в таком окружении, нужно научиться договариваться и создавать себе зону комфорта. Разумеется, не ради ничегонеделания, а для достижения высокой профессиональной эффективности. Лучший аргумент в общении с боссами — стабильно высокие результаты. А оптимальная атмосфера для их достижения — сотрудничество, позитивный настрой и наличие комфортных личных границ.

СОВЕТЫ ПСИХОЛОГА

Александра Чиркова, гештальт-терапевт

Инструментов защиты от офисной непогоды существует множество — физических и психологических. В первую очередь стоит помнить о гигиене в широком смысле этого слова. Защита временем, расстоянием и экранированием, например. Пользуйтесь возможностью покидать стены офиса в течение дня — обед, перерывы и встречи старайтесь проводить вне офиса, по возможности сформируйте свободный график.

Договоритесь с коллегами о взаимном уважении границ, это не так просто и быстро сделать, но работа в этом направлении исключит ряд поводов для конфликтов. Никто не берет вашу чашку, не сидит на вашем столе, не меняет свой стул на ваш, не разговаривает по телефону над ухом, а вы не вырастаете внезапно за спиной, не нависаете над головой и не забываете свою чашку на чужом столе.

Научитесь адекватно и спокойно реагировать на критику. Она касается только рабочих вопросов и не затрагивает вас как личность.

Не сравнивайте себя с другими сотрудниками, сравнивайте себя с собой, так вы сможете оценить собственный прогресс.

Научитесь договариваться обо всем. И главное, учитесь понимать, что на самом деле важно и нужно именно вам и хотя бы какое-то время принадлежать только себе, вне социальных связей и обязанностей.

Источник: korrespondent.net

Похожие записи

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *